Оксана Лаврентьева раскритиковала публику за дискриминацию российских брендов одежды

Оксана Лаврентьева

Оксана Лаврентьева, которая сейчас занимается развитием собственного бренда Ololol, раскритиковала российских потребителей за принижение достоинств отечественных марок и ответила на критику высоких цен на вещи своего производства.

В сторис Лаврентьева опубликовала футболки своего бренда, которые стоят пять тысяч рублей, и добавила, что «лучше купить одну дорогую, чем иметь шкаф ширпотреба».

РЕКЛАМА

Футболки Ololol

Футболки Ololol

Такое ценообразование и ее слова, судя по всему, вызвали неоднозначную реакцию у подписчиков, поэтому основательница «Русмоды» решила прояснить свою позицию в отдельном посте.

Меня возмущает именно убогая позиция нашего народа «им, западным брендам можно все, а вы (мы)-то кто и кем себя возомнили». Товарищи россияне, сограждане, да чем мы хуже? <…> Огромное количество вещей в России давным-давно делается на уровне, который Европе не то что не снился — они даже не знают, что так бывает. <…> Сейчас у нас, наконец, стали производить потрясающего качества косметику, одежду, продукты, мебель. <…> Безусловно, есть вещи, где в Европе дела обстоят лучше, но в том, что касается люкса, в России все очень неплохо.

И когда вы мне пишете про Prada и т. д. «они много лет работали на свое имя, чтобы прийти к таким ценам», я вас умоляю, это откровенная глупость, не говорите, если ничего в этом не понимаете. Все люксовые бренды рождаются именно как люксовые бренды. В качестве, в цене, в позиционировании. Никто не начинает продавать свои вещи за 20 евро, а через годы за 20 000 евро. И на рынке есть множество молодых и очень дорогих брендов, погуглите (орфография и пунктуация автора сохранены. — Прим. ред.),

— написала Оксана.

Оксана Лаврентьева

Оксана Лаврентьева

В комментариях многие согласились с мнением Лаврентьевой, что в России действительно есть хорошие бренды, и отметили, что восхищение «всем западным» идет пока просто по инерции, так как люди еще не привыкли, что и в России можно найти качественные вещи. Другие признали, что в последнее время уровень качества одежды у некоторых люксовых брендов в линейках прет-а-порте заметно упал и их цены тоже стали неоправданными.

Стоит отметить, что и российские бренды часто вынуждены работать с импортными материалами и шить все на заграничных фабриках, потому что в России необходимых условий для локального производства просто нет.

Spletnik попросил прокомментировать высказывание Лаврентьевой о российском люксе соосновательницу бренда обуви N.early N.aked Елизавету Буйнову. Она отметила, что о сформированном рынке отечественного люкса говорить еще рано.

Елизавета Буйнова и Ирина Кукшева-Левченко — основательницы бренда N.early N.aked

Елизавета Буйнова и Ирина Кукшева-Левченко — основательницы бренда N.early N.aked

Чтобы в России сложился настоящий рынок люкса, должны быть производства, которые этот самый люкс могут производить. Пока, к сожалению, этого нет — есть какие-то частные ателье, все остальное, к сожалению, до мирового уровня не дотягивает. Мы всерьез задумывались о локальном производстве. Это казалось хорошим решением, особенно в локдаун: отсутствие сложной логистики, возможность контроля и управления, стоимость в рублях. Однако, при всей решимости и острой необходимости, все попытки завершились ничем.

Российские обувные фабрики — это фабрики по сборке обуви из импортных комплектующих, привезенных в основном из Китая, Турции, реже — из Европы. Отечественных качественных кож, материалов для стелечных узлов, каблуков в России просто нет,

— рассказала Елизавета о собственном опыте запуска бренда.

Возможности работать с локальными производствами довольно ограничены, и чаще речь идет о каких-то традиционных ремеслах и ручных техниках. Например, как известно, бренд Ulyana Sergeenko при производстве кутюрных коллекций много работает с российскими фабриками, такими как ателье «Кружевной край», где создается елецкое кружево, и Гусевский хрустальный завод им. Мальцова. Но такой подход опять же означает, по сути, штучное производство — создание уникальных дорогих платьев, над которыми часами работают мастерицы, а никак не массовое производство.

Обувь бренда N.early N.aked производится в Италии и Испании. Саму марку основательницы относят к сегменту affordable luxury — стоимость пары лодочек, например, составляет 31 500 рублей. Определенное недоверие со стороны покупателей на первом этапе также было.

Туфли N.early N.aked

Туфли N.early N.aked

Комментарии некоторых подписчиков в начале становления марки задевали и дословно звучали примерно так: «No name Russian brand с ценами люкса». Ну, во-первых, не люкса, хотелось сказать. Если разобраться, лодочки брендов, сшитые на тех же фабриках в Италии и Испании и ныне представленные в ЦУМе, стоят в 1,5—2 раза дороже N.early N.aked. В итоге мы выбираем понимающего покупателя своим подходом и своим продуктом. А таких всегда немного,

— добавила Елизавета.

Особенность российских марок состоит и в том, что часто речь идет о нишевых брендах и, соответственно, небольших тиражах коллекций, а также индивидуальных разработках, что всегда влияет на себестоимость — и в дальнейшем на стоимость самого продукта.

Но возмущение покупателей часто вызывает завышенная, на их взгляд, цена и на самые базовые вещи вроде тех же футболок. Дискуссия, к слову, имеет вполне международный характер — на последней Неделе высокой моды в Париже критике подверглась и креативный директор Dior Мария Грация Кьюри, показавшая в кутюрной коллекции минималистичные платья без особой видимой отделки.

Тенденция последних лет в моде была такова, что повседневные вещи в принципе пытаются переосмыслить в формате дизайнерской моды. Благодаря хайпу вокруг таких брендов, как Vetements, Heron Preston, Off-White, Supreme, уличная мода вышла из андеграунда прямиком в сегмент люкса, что в каком-то смысле «легитимизировало» высокий ценник, что, впрочем, далеко не всегда означает реальную адекватность назначенной цены. И относится это в равной степени ко всем брендам.

Дьявол в деталях: есть футболки, у которых швы обработаны шелком, а у других — на оверлоке. Ну и крой, конечно,

— объяснила Елизавета Буйнова.


Комментарии закрыты.